Биография с фотографиями 

Часть 6

В январе 1991 года я получаю письмо из Германии. Ортрун спрашивала, где я, как я живу, чем я занимаюсь. Она сообщала, что вышла замуж и у неё двое детей. После пропажи Гулливера мы переписывались. В 1984 году мы встретились у Гитиса в Вильнюсе. После рассказа Ортрун о преследованиях в ГДР, о перлюстрации всей переписки, я перестал писать письма. И вдруг письмо. Ортрун приглашала в гости в Германию. Границы только что открылись. Я ответил, что занимаюсь фотографией, и с удовольствием приеду в гости. Может быть, удастся организовать выставку.

20 декабря 1991 года я прилетел в аэропорт Berlin-Schönefeld. Меня никто не встречал. 

Письмо о своём прилёте в Берлин, которое я отправил за неделю до этого, получил я уже в доме Ортрун. В Москве, за день до вылета, Катя Тумаркина спросила меня, сколько денег в валюте я беру с собой? Я ответил, что нисколько. Как? - удивилась Катя. Так меня же встретят, - ответил я. Катя дала мне 10 немецких марок, которые помогли мне добраться до Ортрун. Пока я разбирал рюкзак, аэропорт опустел. Я был совершенно один. В СССР такого я не мог себе представить. Я стал искать справочное бюро, наконец нашёл и протянул конверт с адресом. Оказалось, что Ортрун жила в деревне Витманнсдорф (Vietmannsdorf) недалеко от Темплина, а не в Берлине. В железнодорожной кассе мне сказали, что билет до Темплина стоит 12 немецких марок. «У меня только 10», - ответил я. Мне нашли дешёвый билет на электричках (S-Bahn) через Берлин с пересадкой на поезд до Темплина. И вот я в центре столицы Германии на большой пересадке. Не могу разобраться с расписанием. Разговариваю на плохом английском. Понимаю и того хуже. Но ощущение радости и свободы переполняет меня от того, что я вижу. Люди! Они другие! Иначе смотрят, иначе двигаются. Они – свободные и счастливые (хотя не понимают своего счастья). 

К вечеру я приехал на ферму к Ортрун и Мартину. 

 

Альмут, дочь Ортрун и Мартина, деревня Витманнсдорф, 1991 

 

Мартин с сыном, деревня Витманнсдорф, 1991

 

Я помогал семье Ортрун штукатурить стены на ферме до Нового года. На Рождество семья Ортрун поехала на север страны к границе с Польшей (Oderbruch) в деревню к родителям Мартина, взяв меня с собой. Ночная дорога через лес, машина едет почти безшумно, в машине звучит рождественская музыка – Перголези, Вивальди, Бах. Сказка. 

У родителей Мартина - цветочный магазин. Отец Мартина показывает мне свою большую, уходящую за горизонт, оранжерею. Я знакомлюсь с сестрой Мартина, пастором Сабиной Мюллер. Она даёт мне свой берлинский телефон со словами: «встретимся в Берлине». Меня поселяют на втором этаже в гостевой комнате. Вечером все идут в церковь. В переполненной церкви после Рождественской мессы пастор призывает прихожан помогать России. Я говорю Ортрун, что могу взять в Россию какие-нибудь детские вещи, так как возвращаюсь в Москву поездом. На другой же день Ортрун приносит мне несколько коробок с детской обувью. В поезде Берлин – Москва у меня будет 16 мест багажа. 

Друг Ортрун Йорг Бойге (Jorg Beuge) взялся за организацию моей выставки в Берлине. Ортрун поселяет меня к своим родителям в Берлин-Бух (Berlin-Buch). 

 

С Йоргом Бойге в Берлине, 1992

 

31 января 1992 года на Кольвицштрассе (Kollwitzstraße 93) открылась моя первая выставка в Берлине (Berlin-Prenzlauer Berg). 

 

Der Kulturladen. Berlin-Prenzlauer Berg, 1992. Культурладен, Берлин-Пренцлауэр Берг, 1992 

 

В январе я узнаю, что страны СССР, из которой я прилетел в Германию, больше нет. Есть СНГ, Союз независимых государств, как его называют здесь, GUS. Также до меня доходят слухи, что в России произошла экономическая реформа, «отпустили цены». Это значит, что ни у кого нет денег, рублёвые накопления на глазах превращаются в бумагу. Мне нужно возвратиться в Россию с деньгами, с немецкими марками, иначе нам не выжить. В Горьком я живу с родителями и сестрой. У меня сын Слава, которому два года, и хотя я не живу с его мамой, я должен им помогать. 

 

Сын Слава, Нижний Новгород, 1992 

 

Через несколько дней после открытия выставки одна из сотрудниц Культурладена (Der Kulturladen) покупает у меня для подарка на день рождения своей подруге фотографию «Портрет Маши» (Маша Белл). 

 

Маша Белл, Москва, 1984 

 

Через неделю Ута Амме, подруга Ортрун, знакомит меня с председателем благотворительной организации Missionswerk Berlin, и они покупают у меня 10 фотографий на астрономическую для меня сумму 500 немецких марок. Я был счастлив!

После открытия первой выставки в Kulturladen мне предложили сделать выставку в кинотеатре Kino Babylon в центральном районе Берлина (Berlin-Mitte). Улицы вокруг кинотеатра были обклеены моими плакатами. На открытии выставки пел известный в Берлине бард. Он сказал мне, что «ему было плохо, но мои фотографии вдохновили его и дали ему надежду на будущее». 

 

Kino Babylon, Berlin-Mitte, 1992. Кинотеатр Вавилон, Берлин-Митте, 1992 

 

На вокзал Berlin-Lichtenberg меня провожала Christine Radack. За три месяца моего пребывания в столице мне подарили очень много детских вещей: обувь, одежду. Получилось 16 мест багажа. Я занял вещами своё спальное место, на полу в купе и даже в коридоре стояли мои чемоданы и коробки. Моими соседями были молодой человек из России и немецкий предприниматель. Они везли в Россию компьютер. Когда мы подъезжали к российской границе, все дрожали. Что нас ждёт? А вдруг будут забирать деньги, которые мы заработали? Мой сосед, немецкий предприниматель, увидел наш страх: «Это ненормально! Это ненормальная страна!». Он повторил это несколько раз. Но к нашему счастью, границу прошли спокойно, ни у кого ничего не отобрали. 

 

Кристина Радак. Вокзал Берлин-Лихтенберг, 1992

Я вернулся в другую Россию. На лицах людей была растерянность. Страна бросила их в свободное плавание без спасательного круга. Мне повезло, что я улетел в Берлин до начала января, до того, когда в стране отпустили цены. У меня были деньги на первое время, чтобы поддержать родителей, сестру и сына. 

 

Через полгода, в ноябре 1992, я снова приехал в Берлин на три месяца. У меня прошли три выставки. В 1994 году мне удалось (конечно, мне помогали мои друзья) организовать пять выставок. Одна из них была моей первой выставкой по теме "Старообрядцы" в галерее Кристины Радак "Mandala". 

Также в 1994 году у меня состоялась совместная выставка с художником из Петербурга в небольшом городе под Франкфуртом на Одере. На открытии выставки немецкий музыкант из Берлина исполнял песни Булата Окуджавы, которые он сам перевёл на немецкий язык. Звали музыканта Эккехард Маасс (Ekkehard Maaß). Он пригласил меня к себе в гости. Каково же было моё удивление, когда у него дома (его жена владела керамической мастерской) я встретил русских писателей Андрея Битова и Льва Рубинштейна. 

 

       Эккехард Маасс (Ekkehard Maaß) в день своего рождения. Berlin, 1994

 

Андрей Битов у Эккехарда Маасса (Ekkehard Maaß). Berlin, 1994 

 

Лев Рубинштейн у Эккехарда Маасса, Берлин, 1994 

 

Гиви Титович Маргвелашвили (справа) у Маасса. Берлин, 1994 

Удивительна судьба этого человека. Его отец, грузинский философ и журналист Титус фон Маргвелашвили (Titus von Margwelaschwili), после советского вторжения и оккупации Демократической Республики Грузии эмигрировал в 1921 году в Германию. Гиви родился в Берлине в 1927 году. После окончания Второй мировой войны они жили в районе Берлин-Вильмерсдорф в британском секторе. В декабре 1945 года Титуса и его сына заманили в Восточный Берлин советские органы НКВД. Приманкой послужил грузинский востоковед Шалва Нузубидзе, бывший однокашник Титуса. Они были арестованы. Титус был заключен в тюрьму, допрошен, подвергнут пыткам, затем депортирован в Тифлис и расстрелян там в августе 1946 года как предполагаемый (!) предатель. Сына Гиви депортировали в Грузию после 18 месяцев заключения в советском спецлагере № 7 Заксенхаузен (на территории одноименного нацистского концлагеря). Только в 1989 году Гиви смог приехать в Берлин. 

Здание Рейхстага, укутанное на две недели по проекту художника Христо. Берлин, июль 1995 

 

© Urheberrecht. Alle Rechte vorbehalten. 

Wir benötigen Ihre Zustimmung zum Laden der Übersetzungen

Wir nutzen einen Drittanbieter-Service, um den Inhalt der Website zu übersetzen, der möglicherweise Daten über Ihre Aktivitäten sammelt. Bitte prüfen Sie die Details und akzeptieren Sie den Dienst, um die Übersetzungen zu sehen.